Елена Турос: "Чиновники не видят смысла работать на "экологическом фронте"

Зеркало Недели
Елена Турос:

Время от времени Киев окутывает запах, который трудно определить: микс из выхлопных газов, асфальтной пыли, дыма и гари. От этого трудно дышать, першит в горле, появляется кашель, аллергия, слезятся глаза. Кто-то становится чрезмерно раздражительным, агрессивным, иные паникуют, впадают в депрессию, многие страдают от бессонницы. В такие дни, чтобы успокоить население, вместе с прогнозом погоды сообщают, что в городе наблюдается дымка. На украинском языке — серпанок. Поскольку это явление наблюдается все чаще, а лирико-туманную дымку напоминает все меньше, его официально окрестили — метеорологическая дымка.

Что за дымка такая, откуда она взялась на наши головы? Как влияет на здоровье детей и взрослых? Об этом и обо многом другом, что связано с проблемами загрязнения воздуха, мы беседовали с  руководителем лаборатории качества воздуха Института общественного здоровья им. А. Марзеева НАМН Украины, экспертом ВОЗ по качеству воздуха и изменениям климата, профессором Еленой Турос. 

— Все зависит от состояния атмосферы — стабильна она или нет, — объясняет Елена Игоревна. — То, чем мы дышим, что находится в зоне нашего видения, — это приземный слой. Но, как говорится, погоду делает не он, а верхние слои атмосферы. Когда атмосфера стабильна — все слои находятся на месте и не претерпевают изменений. Если атмосфера нестабильна — все перемешивается, а выбросы в воздушную среду разлетаются на огромные расстояния, выносятся в верхние слои атмосферы. Процесс зависит от многих факторов — начиная от температуры, направления и силы ветра, облачности и т.д. И все это можно и должно мониторить, анализировать, делать прогнозы. Когда мы делаем расчеты по оценкам риска, можем четко сказать, где, в какие-то дни уровень загрязнения будет наивысшим. Причем это может случиться не в тех городах, где очень развита промышленность, а, например, там, где много траспорта и заправок. Мы готовим рекомендации: в такие дни не гуляйте долго с детьми на улице, ограничьте пребывание на воздухе не только детей, но и взрослых, особенно пожилого возраста, и тех, кто имеет хронические заболевания.

В мире существуют научные гидрометеорологические программы, в том числе и по оценкам риска для здоровья. Мы в своей работе пользуемся многими европейскими программами.

— А те инстанции, которые обязаны заботиться об уменьшении вредных выбросов в атмосферу, о защите населения от экологических проблем?

Такие программы нужно покупать, проводить исследования, искать пути решения проблем. Чиновники не видят в этом необходимости. Зачем?! Экология не относится к числу приоритетов.

— Наверное, поэтому и называют грязный, задымленный воздух каждый раз по-новому — то осенней дымкой, то метеорологической. Лирично и ни к чему не обязывает. А как это влияет на самочувствие жителей промышленного Запорожья или многомиллионного Киева? 

—Над мегаполисами довольно часто образуются шапки смога —есть очень много химических веществ, которые не поднимаются вверх, а зависают в нижних слоях. Прежде всего, это выбросы  промпредприятий и транспорта. И, несомненно — антропогенное загрязнение. Когда мы говорим о метеоусловиях, об их влиянии на здоровье человека, то должны учитывать и уровень такого загрязнения.

И тут мы подошли к самому печальному:в Украине нет современной, мощной системы наблюдения. Много лет Гидрометцентр бьется над этой проблемой, но, увы, тщетно. 

У нас нет автоматизированных станций наблюдения, поэтому все данные очень субъективизированы. К сожалению, мы не имеем возможности измерять такие основные загрязнители (очень вредные для здоровья), как мелкодисперсная пыль с диаметром частиц до 10 микрон. То же самое и с озоном — нет ресурсов, чтобы проводить мониторинг. А он напрямую связан с климатическими изменениями. 

Озон очень сильно влияет на сердечно-сосудистую систему: вызывает приступы, ухудшает самочувствие, провоцирует инфаркты, спазмы, возникающие, заметьте, во время или после прогулки на воздухе. Когда призывают —мол, нужно побольше гулять, — никто не знает, какими будут последствия этих прогулок.

Для того чтобы проводить контроль, необходимо понимать, с чем ты имеешь дело, надо иметь объект и единицу измерения. У нас этого нет. Гидрометцентр много лет пытался сдвинуть это дело с мертвой точки, но так и не удалось. Теперь же по каким-то неведомым причинам его перевели из Министерства экологии и природных ресурсов в МВД. Как вы думаете, на каком месте находятся вопросы Гидрометцентра в списке приоритетов этого ведомства?

Системы мониторинга — очень дорогие системы, их мало создать — нужно еще и постоянно поддерживать. Мы это хорошо знаем по собственному опыту. В нашем институте функционирует единственный в Украине пост, измеряющий мелкодисперсную пыль с кратностью — 3 минуты. У нас работает японское оборудование, но никто нам не дает ни копейки на его содержание. А ведь такой мониторинг нужен не только для науки, а главным образом — для государства.

— Экология в XXI веке стала одним из приоритетов государственной политики многих стран. Как влияет на имидж Украины то, как у нас решаются экологические вопросы? 

В конце 2016 года был опубликован отчет ВОЗ, где было сказано, что Украина в антирейтинге по т.н. ПМ занимает первое место. В антирейтинге, заметьте!

— Чем страшен этот ПМ? И что означает этот антирейтинг?

—Так называют мелкодисперсную пыль, куда кроме всего прочего входят и металлы. В организм человека она проникает при вдыхании, а также через кожные покровы. 

Мелкодисперсная пыль воздействует не только на органы дыхания, но и на сердечно- сосудистую, иммунную, эндокринную, нервную системы. С этим связаны врожденные пороки развития детей, случаи внезапной смерти у детей, отставание в развитии и росте. Букет патологий может быть очень разнообразным — все зависит от химического состава и концентрации пыли.

Но для того чтобы оценить опасность, у нас должна быть единая система мониторинга, оценки, интерпретации результатов. Только в таком случае мы будем находиться на одном уровне с другими странами.

— Судя по результатам антирейтинга, в Украине такой системы нет?

—К сожалению, нет. После того как ВОЗ обнародовала свой отчет, газета The Guardian напечатала статью, из которой все узнали, что Украина занимает в антирейтинге первое место. А Беларусь — третье. Начались скандалы. Как раз в Беларуси система мониторинга работает, там все измеряют, все фиксируют — у них стоят автоматизированные станции. Поэтому белорусские специалисты и задали вопрос экспертам ВОЗ: "А откуда вы взяли такие данные? Пожалуйста, давайте сверим с нашими!"

Международные эксперты сослались на данные, полученные в результате дистанционного зондирования Земли. Когда появились спутниковые данные, мы увидели, что Украина там выглядит, мягко говоря, неважно. Можно согласиться с тем, что в нескольких областях, где развита горно-обогатительная, металлургичекая промышленность и др., экологическая ситуация действительно сложная. Но есть же регионы намного благополучнее в этом отношении. А там — все одним миром мазаны. Если подходить объективно, то в целом наши показатели (по общему составу аэрозоля) вполне сравнимы с другими странами. Это не значит, что у нас чистый воздух и с этим нет никаких проблем, но нельзя так вольно трактовать ситуацию, только потому, что нет данных мониторинга.

— Почему возник такой инцидент? Из-за отсутствия официальной информации или по какой-то другой причине?

—Неизвестно. Опубликованная информация вызвала недоверие и возмущение не только в Украине, но и в других странах. У той же Грузии было много вопросов, они тоже обращались к экспертам, чтобы прояснить ситуацию.

Но отстаивать свою позицию довольно сложно — мониторинга нет ни у нас, ни у них. 

Наш институт предоставил свою информацию в Европейскую группу по охране окружающей среды — там были обеспокоены сложившейся ситуацией. Эксперты, знакомые с нашей страной, тоже удивлены результатами антирейтинга. Они с интересом взялись изучать материалы, полученные в ходе научных исследований, которые мы проводим много лет в разных городах Украины. 

Но, к сожалению, научных данных в такой ситуации недостаточно, нужен постоянный мониторинг и программы исследований в масштабах всей страны.

— Елена Игоревна, проблемы экологии тесно переплетаются с проблемами здоровья и долголетия. Во многих странах уделяют много внимания такой взаимосвязи, ситуацию стараются улучшить общими усилиями нескольких министерств — экологии, инфраструктуры, здравоохранения. А у нас? 

— В Европе это действительно один из приоритетов. Очень интересно проходят международные конференции "Окружающая среда и здоровье", куда приглашают с докладами министров экологии и здравоохранения. Такой статус участников говорит сам за себя. Конференция проходит раз в 4 года. Нынешним летом она состоялась в Чехии, в городе Остраве. Ее избрали не случайно — это смарт-город, которым чехи гордятся. Там закрыли угольные шахты и другие предприятия, влияющие на экологию, а на базе горно-обогатительного комбината сделали потрясающие музеи, конференц-залы и т.д. 

Основной темой этой конференции, как и многих других, был воздух. Анализировали проблемы, связанные с его загрязнением, искали пути, как защищать население от вредных выбросов, обсуждали, как должно действовать государство. В свете решения проблем, связанных с необходимостью улучшения качества воздуха было рассмотрено привлечение механизмов "зеленой экономики".

Как Украина показывает себя на таких форумах? Есть что сказать?

— Никак. Мы заранее писали в Минздрав, сообщали о конференции, о программе и т.д. Но... Шевеление в стенах министерства началось, когда я уезжала в Чехию. Как всегда — дайте материалы, подготовьте статистику...

Каждый раз Минздрав посылает на конференции чиновников, случайных в этой теме, которые ни за что не отвечают и мало что в этом понимают. Поэтому они не могут ничего спросить у международных экспертов, а уж тем более рассказать о нашей ситуации, о стратегии государства и своего ведомства. Специалисты министерства, которых бросили на "экологический фронт", не видят смысла работать с учеными и экспертами — потому что никто за это не спросит, не потребует отчета или каких-то программ.

По данным статистики, в мире ежегодно случается более 7,5 млн смертей, обусловленных именно загрязнением воздуха. В нашей стране, по последним данным, около 54 тысяч. То есть 16—17% смертности населения связано с загрязненным воздухом. Это очень опасная ситуация.

Изредка нам сообщают информацию о показателях воздуха в Киеве. Традиционно речь идет о нескольких точках — Московская площадь, проспект Победы, Бессарабка. Остальные районы, нужно полагать, дышат чистым воздухом. Город растет, а количество точек мониторинга десятилетиями остается неизменным. Почему? 

— Много лет назад "Украналит" поставил несколько точек наблюдения рядом с автомагистралями. С тех пор не все приборы уцелели, сохранились только в нескольких местах. С Бессарабкой все понятно — это действительно очень загрязненное место. Площадь находится в низине, огромный поток транспорта, пробки, новых развязок нет и, очевидно, не будет.

Но это не те данные, которые важны для здоровья. На автомагистрали может быть одно, в селительной зоне (там, где проживает население) — совсем другое. Наш институт провел огромную работу по оценкам риска. Мы имели возможность использовать великолепное оборудование на всех этапах работы, что позволило использовать информационные технологии, оцифровывать полученные данные. Впервые в Украине было проведено такое масштабное исследование на европейском уровне.

Начнем с того, что у нас нет единой системы наблюдения, регистрации, учета данных. Мы считали количество транспорта — грузового и пассажирского; устанавливали расстояние между автомагистралями и домами; вели постоянное наблюдение за показателями воздуха. Работали в Дарницком районе — от Ленинградской площади до Бортничей. Обследовали все улицы, показали, где уровни загрязнения самые высокие. Ранее действующие государственные санитарные правила запрещали ставить дома ближе, чем в 50 м от проезжей части. Тогда казалось, что этого вполне достаточно. Но сейчас разлет вредных веществ в воздухе значительно больше, их фиксировали на расстоянии 500—800 м.

Мы все проанализировали, подготовили отчет. И ходили с ним везде — в мэрию, в Минтранс и в Минздрав, которые принимают участие (или должны принимать) в общих проектах. Минздрав в этом вопросе совершенно пассивен — их интересует только количество пешеходных и велодорожек, поскольку это касается мобильности населения. И не более. Но ведь эти данные касаются планирования жилых массивов, здесь важен медицинский аспект. Мы установили зоны риска, определили, насколько превышены показатели, какие несут угрозы, сколько дополнительных смертей случится, если ситуация не изменится к лучшему. 

А как реагируют на научные исследования и рекомендации в Европе? Кто должен принимать их во внимание — градостроители вместе с архитекторами, которые решают, где и сколько домов строить? Депутаты с чиновниками, обещающие заботиться о народе? В чьей это компетенции?

— Это компетенция государства, местных властей и , конечно же, тех служб, которые занимаются планировкой и градостроением. Не только жилых домов, но и магистралей, развязок, промышленных объектов и т.д. Тут переплетаются интересы и ответственность нескольких ведомств — инфраструктуры, экологии, здравоохранения.

Интересы, конечно, есть. Но кто возьмет ответственность — вопрос открытый. Более двух лет прошло со времени климатической конференции СОР-21. Мы хоть на шаг продвинулись на пути к экологической безопасности?

— Как же делать шаги в этом направлении, если основа нашей политики — это правильно составленный отчет о выбросах? На СОР-21 мы оказались в весьма любопытной ситуации. Показали всему миру — да, у нас есть определенный уровень загрязнения. Но сокращать мы больше не можем. Невзирая на то, что перед этим получили киотские деньги, смогли продать свои квоты.

Парижская конференция показала нашу несостоятельность — у нас очень мало проектов, касающихся изменений климата. А медицинские аспекты этого процесса — вообще вне зоны внимания.

Очень поучительна в этом плане политика Франции, принимавшей у себя СОР-21. Там минтранс реализует программу продвижения экологически чистого транспорта. Планирование и строительство новых объектов — с учетом требований экологических нормативов. Это касается всех аспектов — выбросов в атмосферу, безопасности стройматериалов, энергосбережения, очистки воды и т.д. Работают отдельные программы для населения, система мониторинга, оповещения и др. Это все входит в общегосударственную программу, потому что чистые воздух и вода — в числе приоритетов государства. 

Европа подписала соглашение об отказе от угля к 2030 году. Идет активный переход на альтернативные источники энергии, туда направляют огромные инвестиции.

Самыми крупными загрязнителями окружающей среды в Европе являются теплоцентрали, работающие на угле в Сербии, Македонии, Хорватии. Но и эти государства тоже подписали соглашение о сокращении использования угля. 

А что в Украине? Разработали энергетическую стратегию. Где в угоду монополисту записали, что и в будущем 70—80% экономики Украины будет зависеть от угля. Мы постоянно слышим месседж о том, как это классно, когда все работает на угле: достаточно поставить системы очистки — и никаких проблем!

В развитых странах подобные стратегии и программы принимают не под давлением бизнеса или еще каких-то структур. Там руководствуются нормами экономики природопользования, выполняют международные соглашения, заботятся об экологическом благополучии своих граждан. Европейские государства  рассматривают здоровье налогоплательщиков в качестве экономической единицы и несут за это ответственность.

 Нам бы тоже научиться так жить и работать. Если действовать без расчетов, принимая ситуативные решения, потери неизбежны. Каждый раз будем приходить к тому, что скупой платит дважды. Но цена в данном случае чрезвычайно высока — благополучие и здоровье людей.

Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter