Кенигштейн: Что я думаю об истории с Саакашвили

Новое Время

В отношении того, что сейчас происходит с Саакашвили, у меня, кроме матов, ещё есть несколько тезисов, которые считаю своим долгом озвучить.

Демократия – это когда в обществе есть механизмы, позволяющие любому гражданину в любой момент времени повлиять и на правительство, и на законодательство, и на быдло из соседнего подъезда. Что значит повлиять? Добиться справедливости – так, как ему, гражданину, подсказывает его разум и совесть.

И ещё демократия – это не наличие честного президента, а уверенность избирателей, что, в случае нарушения закона, – даже президента можно осудить и посадить.

С этим, конечно, всё сложно, потому что в нашем обществе постоянно растёт неуверенность в собственной правоте. Эта растущая неуверенность – и есть следствие бесконечных манипуляций власти с общественным мнением.

В нашем обществе постоянно растёт неуверенность в собственной правоте

Также, далеко не всегда наш среднестатистический гражданин обладает разумом и совестью. Поэтому людьми и придумана такая штука, как справедливость. Справедливость – это когда человеческие отношения, законы, порядки и тому подобное соответствуют общечеловеческим нормам и требованиям. И тот, кто их нарушает, – должен быть готов к санкциям, применяя которые, общество обеспечивает уважительное отношение – к себе и общественным правилам.

И если природа государственной машины такова, что заставляет вас быть причастным к неправому делу – не соблюдайте законы. Это сказал американский писатель, мыслитель и общественный деятель Генри Дэвид Торо. Мне кажется, что Саакашвили мыслит также.

Текст опубликован с разрешения автора

Оригинал

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения Нового Времени